Петр Лебединец

Виталий Бугара → Мои друзья → Петр Лебединец → Раздел статей →

Вернуться в раздел

Олег Сидор-Гибелинда. Радостный художник

Олег Сидор-Гибелинда. Радостный художник

В Киевском музее русского искусства открылась Персональная выставка Петра Лебединца.

В современной Украине Петр Лебединец - едва ли не единственный радостный живописец (как в русской поэзии Фет - единственный поэт-оптимист, что некогда заметил Григорий Гавриленко). Многие стремятся к тому же, но дальше вымученного бодрячества или глуповатых восторгов дело не идет. Есть радость во хмелю, а есть радость как ежедневный обет, (или обед, если угодно). Это уже само по себе — вызов для восточнославянской творческой среды, где бонтоном считается перманентное нытье.

Около десяти лет наши пластики, вопреки всему, делают ставку на позитивное мироощущение. "Пластики" — так молва называет трех художников — Лебединца, Бевзу, Литвиненко, ранее выставлявшихся вместе, но сегодня более занятых "сольной карьерой". И не случайно ровно за день до открытия выставки живописи Лебединца в Музее русского искусства (к сожалению, дополненной весьма заурядными скульптурами Леонида Козлова) в галерее "Ирэна" состоялся вернисаж работ раннего Бевзы. И никто не посмеет сказать: дескать; малюют эти художники абстракцию, так как ничего другого нарисовать не могут. Могут. Еще как.

Из дальних странствий Лебединец привозит фотоснимки старых фактур: каменные квадры, поросшие мхом; деревянные плоскости, испещренные прожилками. Иные авторы этим заканчивают (финальный кадр "Моего американского дядюшки" Алена Рене), а кому-то в охотку отсюда начинать... Последние работы Лебединца кажутся естественной частью Природы. И хотя мастерская его — в дворике-колодце, где впору старушке процентщице селиться, художник на своем восьмом этаже оказывается близок к небу, как никто другой. Основная проблема нынешней выставки — мало места, все полотна — "на голове" друг у друга "С удовольствием писал бы картины шире, больше", - признается художник. Кстати, над каждой картиной корпит он от полугода до года, изумляя иностранцев: у них так непринято. Живопись Лебединца энергична, бодра. Прошли времена "тихих гаваней", согретых мягким лорреновским лучом – вдоль очертания каждого пятна. "Последняя лебединцева песнь" - буря и натаск, измарагдовая жесть, "поедающая" островки оранжевого и желтого. Уместные вкрапления поп-арта (художник не скрывает своего восхищения Уорхолом). Несколько лет назад я бы не поверил, что на его палитре найдется место для черной краски, но оно таки нашлось, и не для одной работы, и не для двух, не создавая при этом, никакого мрачного ощущения.

Один мой приятель-художник, безнадежно приверженный к натюрморту-портрету, не первый месяц мечтает написать лирическую абстракцию. Основной его аргумент: "Какой у Лебединца синий цвет симпатичный". А синее ведь "есть знак самоотверженного самопожертвования ради всех существ" (Рудольф Штейнер. "Теософия").

Ваше имя:
Текст комментария:
	Введите символы, изображенные на рисунке: